-Ну, свекровь тебе достанется, не приведи Господь. Она по улице идёт — никому не улыбнётся. К соседям не ходит. На скамеечке вечерком посидеть и то не выйдет, – пугали подружки Полину, которую уже открыто называли невестой Василия, видного русоволосого парня с небесными глазами. Жил он за материнским умом и заботой, как у Христа за пазухой. На Полину ему тоже мать указала: «Присмотрись». Отгуляли свадебку скромно: жених без отца, невеста из семьи гороховой —детей мал мала меньше.
Утром молодая жена проснулась от громыхания посуды и громкого яростного шёпота: «Лежат, как бары. Кто после гостей убираться будет?». «Мы же вчера с девчатами всё перемыли», – удивилась Полина несправедливым упрёкам. Осторожно высвободилась из-под Васиной руки. Встала, накинула халатик, на цыпочках прошла на кухню. Свекровь начищала кастрюли. «Дно чистит, с ума что ли сошла, на раз ведь», – опешила невестка.
-Что встала? Рано. Иди. Спи, – резко, рублено падали слова.
– Давайте, я помою.
Свекровь, не глядя, резко махнула в сторону двери — уходи. Полина вернулась в спальню. Уютно свернулась калачиком около Василия и тут же уснула.
-Всё хватит валяться. Жизнь проспите. Солнце уже вона где, – резко распахнулись тяжёлые шторы. Прошуршали мимо кровати шаги.
Завтракали вдвоём с Василием. На столе стояли прикрытые белым полотенцем блины и тарелочка со сметаной. В окно было видно, как по карофельнику размеренно двигалась, то поднимаясь, то опускаясь серая фигурка.
-Мать жуков собирает. Травить не разрешает, говорит: раз живое от яда гибнет, значит и нам во вред. На этом свете мы все из одного божьего теста слеплены.
Василий ушёл по делам в мастерскую. Полина решила оглядеться. Может, по дому что сделать? Идти собирать жуков со свекровью не хотелось. Но работы для себя не нашла: посуда блестела, в шифоньере всё разложено по полочкам. Бельё, замоченное в трёх тазиках: белое, цветное, чёрное, показалось ей совсем чистым. «Наверное постирано. Полоскать приготовила». Вышла во двор. Дорожки, выложенные из камня, влажно блестели. «Она, что, и их моет?» – поразилась Полина. Вздохнула и пошла на картошку.
-Тяпки захвати! – увидев её, крикнула свекровь.
«И что здесь полоть? Ни травинки», – недоумевала Полина. Свекровь поставила её с одной стороны рядочка, сама встала с другой и пошла на шаг впереди, подгребая землю к кустам, окучивая. Полина шла следом, делая тоже самое, только с другой стороны куста. Сначала она чувствовала неловкость от непривычного дела и молчаливого присутствия свекрови. Потом ушла в работу, и напряжённость пропала. Получалось красиво. Между кустиками ровные канавки. Дома у них так не делали, просто пололи.
-Огородницы! Мы сегодня обедать будем? – Полина остановилась, обрадовалась: как раз во время Василий позвал, просто сил больше нет, устала. Муж подошёл, взял тяпку:
-Крикните меня, как готово будет, я пока закончу.
Полина хотела остаться с ним, но свекровь дёрнула её за платье: идём.
-Я обед соберу, а ты бельё постирай.
И подала глубокое корыто с ребристой стиральной доской. «Допотопная, уж никто не стирает так. Могли бы и машинку купить. Василий зарабатывает», – бурдела про себя невестка, но вслух перечить не осмелилась.
Когда она развешивала бельё, подошёл Василий.
– Ну вот теперь и обедать можно, дела сделаны, над душой стоять не будут,- изрекла свекровь.
Обеденное июльское солнце припекало.
-Отдыхайте. Вечером на огород, – смилостивилась свекровь. Полина с Василием, прихватив старенькое покрывало, забрались на сеновал.
-Вася, машинку бы стиральную купить.
-Это у мамани надо спросить. Деньги у неё.
-А мы как же жить будем? Бедными просителями?
-Да нет, мне маманя никогда ни в чём не отказывала. Только обдумывала всё долго. Что надо и что не надо временем проверялось. Ненужное само отпадало. А дельное не раз ещё о себе напомнит.
Вечером за чаем Полина подтолкнула Василия в бок локотком:
-Мама, может быть машинку стиральную купим?
- -Детки пойдут, тогда конечно. А сейчас ни к чему. Бельё трепать, да к неряшливости себя приучать. Что легко стирается, то легко и пачкается. Да и руки не загрубеют. В земле повозились, при стирке до бела отмылись.
Неделю Полина не могла вырваться домой. Только засобирается, свекровь: сделай то, это. Дела никогда не кончались. Словно она их специально для неё придумывала: за ягодой каждый день отправляла, сарай помазали, затёрли да два раза извёсткой прошли, чтобы зараза не заводилась. Крапиву охапками рвали, вениками вязали и сушили — курам на зиму.
В субботу, сделав наказ за наказом, свекровь уехала на базар. Воскресенье – послабление в заботах. Свекровь сама предложила: «К своим сходи» и протянула сумку: «Гостинцы ребятишкам. Скажи от вас с Васей».
Во дворе родительского дома Полина заметила, что подмести бы надо. Крыльцо совсем облупилось, давно не красили. В доме показалось убого и неухоженно. Ребятишки ей обрадовались. Нетерпеливо поглядывали на сумку. Полине самой было интересно, что там?
Завёрнутые пакеты. Полина развернула один: большая коробка с красками и альбомом: «Мне!Мне!» – закричала Маняша, которую в семье слыла рисовальщицей. Для мальчишек футболки, ракетки с воланчиками — и на всех пирог, который тут же собрал всех за стол на чай. Потом Полина мыла, тёрла в доме, как никогда до этого.
-Ну, что взялась. Отдохни. Люди говорят: запрягла свекровь тебя, минуты продыху не даёт. Ты на неё не горбать, — строго поучала мать. Полине стало жаль себя, и то правда, для кого стараюсь?
Возвращаясь в дом свекрови, планировала жить по-своему: «Скажу Василию, чтобы мне зарплату отдавал. Жена же я ему. Зал и спальня пусть наши будут. Шторы поменяю, дорожки на пол куплю».
Решительно открыла дверь. Никого. В доме прохладно, чисто, окна прикрыты ставнями. Полина почувствовала, что устала. Прилегла на диван и тут же уснула.
Обеденный сон сладок, даже заканчиваясь, утекает медленно, оставляя после себя приятную истому. В приоткрытую форточку доносился чей-то осторожный шепоток. «Свекровь», – узнала Полина и неприязненно насторожилась:
-Не ходи в дом. Полинушка спит. К своим ходила, умаялась. Вот деньжат наберём —дом вам будем строить. Жена у тебя, Вася, хорошая, работящая.
Полина замерла, сердечко ёкнуло. Уткнувшись в подушку, она вдруг по-детски расплакалась, словно её, обиженную, погладили по головке.
Тамара Ясакова.
Фото https://polymerh.ru/svekrov-risunok.
