-Мария родилась, – ласково, в растяжку сказала бабушка Клава. Наклонилась над кроваткой внучки, перекрестила малютку.
-Почему Мария? Мы ее Эллочкой решили назвать, – недовольно возразила сноха.
-На свет Божий она 21 сентября появилась в день рождения Богородицы Девы Марии, что ж тут непонятного, – не скрывая радости пояснила старушка.
Вечером, едва дождавшись мужа с работы, Татьяна излила ему раздувшуюся за день обиду:
-Представляешь, пришла твоя мама и нашу Эллу переименовала в Машку.
-Что-то на маму не похоже. Сама знаешь, обычно она в наши дела не вмешивается. А с чего это ей имя Маша приглянулось?
-Говорит, в это день Богородица родилась, – уже не так напористо ответила жена.
-Поживем, увидим, какое имя дочке понравится, – муж подошел к детской кроватке. – Ну, кто ты у нас: Мария или Элла?
Малышка спала – решайте сами. Татьяна упрямо повторила: «Элла! И только Элла». Два дня она настойчиво привязывала это имя к дочери. Приучала себя и ее. И все равно чувствовала внутри какую-то преграду. Несмотря на свою мягкость и сладость имя не сливалось с дочуркой. А тут еще неизвестно от чего на маленьком тельце девочки высыпала краснота. Малютка плакала. Татьяна в тревоге совсем потеряла сон.
-Маме позвони. У нее травок всяких много, может что посоветует, – настаивал муж.
-Ну, какие травки! Врачи мазь выписали.
Видимо, все-таки он не утерпел. К вечеру бабушка была в их доме. Взяла ребенка на руки и зашептала молитву. Слов не было слышно. Только проявлялось одно — Мария.
-Опять она за свое – Мария, – прошипела Татьяна.
Но девочка затихла, уснула.
-Святая вода есть? Протереть ее надо. Да материнскую молитву Богородице прочитай на водицу. Слово матери — первое лекарство для ребенка.
-Как протереть? Не кипяченой водой?!- вскинулась Татьяна.
Бабушка Клава вздохнула. Горестно покачала головой. Посмотрела на сноху укоризненно, как на неразумного ребенка.
-И имени не противься. Не случайно родилась она в такой радостный день. Называй Марией. Богородица и поможет. Осторожно прикрыв дверь, ушла.
Татьяна в обиде прикорнула на диване. Как в детстве уткнулась носом в мягкую подушку. Незаметно для себя, утомленная и измученная, уснула. И видятся ей, как наяву, две девочки совершенно одинаковые. И знает она, что одна из них ее дочурка. Но как узнать? Страх нарастает: которая из них моя? Силится вспомнить имя, чтобы окликнуть — и не может. А они все удаляются и удаляются от нее. В страхе вырвалась из сна. Кинулась к кроватке — малышка спала. «Ну, Элла же!» Потом тихо, неуверенно произнесла: «Мария…Мария». И такое тепло пошло в сердце, что Татьяна замерла. Вдруг маленькое личико дочурки осветила улыбка. «Машенька, Марьюшка…Мария», – шептала, переполняясь нежностью и любовью женщина.
Тамара Ясакова.
Фото из открытых источников.
